– Вероятно, я должен был представить… – Он повернулся к Блессингу.

– Фельдфебеля Блессинга я уже знаю, – холодно сказал Левенгерц.

– О да, совершенно верно, поэтому-то я и должен сообщить вам, что Блессинг тоже работает на нас.

– Могу я посмотреть ваше удостоверение личности? – спросил Левенгерц.

– Увы, мы не носим с собой никаких документов, кроме вермахтовского пропуска, но вы можете позвонить ко мне на службу, если вас что-нибудь волнует.

– Меня ничто не волнует, – буркнул Левенгерц.

– Отлично. – Штаркхоф махнул рукой в сторону двери: – Давайте выйдем. На свежем воздухе вам, возможно, будет лучше… – Он надел шляпу и вышел на яркий солнечный свет. – Похищен секретный документ, герр оберлейтенант, – сказал Штаркхоф, когда понял, что Левенгерц первым разговор начинать не намерен. Помолчав немного, Штаркхоф добавил: – И у нас нет сомнений относительно того, кто именно похитил этот документ.

– Я полагаю, – медленно произнес Левенгерц, – что вы пришли сюда вовсе не для того, чтобы хвастаться передо мной своими успехами.

– Совершенно верно, – согласился человек в штатском. – Мы, несомненно, оценим вашу откровенность в содействие.

– Что касается откровенности, то мы, разумеется, будем откровенны в любом случае, – заявил с едва заметной иронической ноткой Левенгерц. – А вот относительно содействия… Пока, вы не выскажетесь яснее, мы не в состоянии судить, принесет ли оно какую-нибудь пользу.

– Дорогой коллега Левенгерц, – возразил Штаркхоф, – вам следовало бы быть более обходительным с таким пожилым человеком, как я. Похищен секретный документ, и его надо во что бы то ни стало вернуть на место.